Читаем без скачивания стинно арийский попаданец. Книга 2 [СИ] - Гера Греев

В общем, Иваны вели себя не по рыцарски – не хотели сражаться по правилам, общепринятым среди культурных пилотов.

19 апреля 1941 года. 7 часов 45 мин. Западный Буг. Понтонная переправа Девятой полевой армии ниже городка Сувалки.

Генерал-полковник Штраус с раздражением смотрел как на переправе, по которой медленно ползли коробочки танков, заметались фигурки людей и пулеметы начали клевать воду все ближе и ближе к понтонам моста.

Вот люди бросились в разные стороны и высокий столб воды разорвал нитку переправы, сбрасывая в воду машины и людей.

Адольф Штраус раздраженно опустил бинокль и повернулся к своему начальнику штаба – Третий раз за два часа, переправа войск практически сорвана и тактическая группа на том берегу не имеет поддержки. Я уже не говорю о потерях техники и людей при каждом взрыве.

Скажите мне, откуда на реке могут взяться плывущие по течению морские мины!?

Чем занимается наша жандармерия. Это ведь любому дураку понятно, что мины спускаются в воду с берега или с лодки выше по течению.

Начальник штаба мрачно пожал плечами – жандармерия прочесывает оба берега реки в сторону Сувалки.

Пока безуспешно.

Это единственное удобное место для наведения переправы в данном районе и русские видимо хорошо подготовились.

Русский осназовец, который, сидя в 800 метрах выше немецкого генерал-полковника в зарослях березняка и развернув УКВ антенну, давал команду на магниты освобождения минрепов на дне реки, антенны которых были замаскированы на берегу, был бы с ним вполне согласен – хорошо подготовились.

Правда наверняка бы добавил – И не только к этому. Подразделения осназа НКВД приступили к третьей фазе операции – по всей припограничной зоне и ближним тылам Группы Армий Центр захлопали выстрелы «тихих стволов»; стали пропадать курьеры и фельдъегеря; от вполне естественных причин стали нарушаться линии связи между подразделениями. У всех убитых солдат и офицеров изымались документы и, иногда, форма и оружие. В случае необходимости смерти предшествовал «форсированный» допрос.

Привыкшие к безнаказанности и отсутствию угрозы для своих тыловых подразделений в Европе и малых странах, немцы не уделяли особого внимания охране тылов.

Охранные подразделения традиционно укомплектовывались солдатами ограниченно годными к строевой службе. Корпус жандармерии был незначителен и в основном направлен на работу против дезертиров, нарушителей воинского устава и расследования внутренних проблем.

В таких условиях, хорошо подготовленные осназовские группы, работающие в лесистых районах Польши – скрытно а, в сложной для маскировки местности – в форме немецких подразделений и постоянно имеющие, от захваченных для уточнения ситуации языков, свежие документы и последнею информацию о введенных контрольных метках, чувствовали себя как рыба в воде.

При работе в «контакт» группы строго придерживались нескольких правил: никогда не проводились крупные операции в немецкой форме; никогда не оставлялись свидетели или результаты допросов; никогда не проводились две операции в одном и том же месте в течении короткого времени.

И главное, при проведении работы всегда старались, чтобы результаты слишком явно не указывали на специально подготовленную группу – «случайно выжившие» свидетели видели польских крестьян или сбежавших военнопленных, перемотанных бинтами одиночек в общевойсковой форме.

Там где была возможность, происшествие «оформлялось» естественными причинами – прошедший лесной кабан порвал нитку связи; мотоцикл фельдкурьера занесло на мокрой дороге, никто не выжил, но все документы на месте и следов вскрытия пакетов нет; во время авиационного налеты погибло несколько офицеров высшего звена …

Очень большое значение отдавалось координации бомбовых ударов, среди которых не трудно было замаскировать несколько целевых подрывов и ликвидаций.

Работа отрядов осназа НКВД перешла в третью фазу.

Немцы, ошарашенные неожиданными и почти одновременными подрывами крупных артиллерийских складов в прифронтовой полосе в первые часы войны, проведя следственные мероприятия и выяснив у выживших, что в каждом случае над этими складами появлялся и кружился на малой высоте советский самолет, списали все на русское коварство и плохую противовоздушную оборону.

Параллельно с работой спец групп началось ночное минирование с воздуха легкими бомбардировщиками Поликарпова тыловых дорог и армейских структур.

Безкорпусные, не обнаружимые миноискателями, выполненные в виде полукилограммового куска камня или грязи заряды, начиненные фосфором или гранитным крошевом и имеющие химический или сахарный самоликвидатор, прицельно или по наводки с земли сброшенные с тихоходного биплана, вставали от удара на боевой взвод и взрывались при малейшем касании или попытки поднять их с грунта.

Тысячи смертельно опасных комков грязи.

Иногда взрывались и просто так, в самом неподходящем месте и времени суток, усиливая и без того медленно нарастающий в тыловой структуре немцев бардак и общую растерянность от как-то неправильно, не по правилам, хотя и вроде победоносно идущей войны.

Столкнувшись с серьезными и не всегда понятными проблемами в процессе проведения наступательных операций, немецкое командование не имело ни возможности, ни достаточного желания уделять особого внимания проблемам тыловых подразделений.

Только вперед – серьезные, трудно объяснимые потери первых часов и дней требовали достаточной мотивировки в отчетах, направленных вышестоящим.

Только вперед.

Героически выдавливая этих упрямых и коварных русских с занимаемых ими позиций и не давая организовать оборону на лесистых, еще затопленных после весеннего разлива белорусских полях и перелесках.

Танки с черными крестами на башнях, вытаскивая друг друга, героически плыли по белорусской жирной грязи, стойко отражая атаки «отчаяния» разрозненных русских подразделений, появляющихся из «неоткуда» и исчезающих среди бесконечных заболоченных проток.

Измазанная с ног до головы пехота выталкивала из грязи грузовики, с так необходимыми на фронте боеприпасами или впрягалась в постромки легкой и средней артиллерии, плотно завязшей в грязи.

Только вперед – еще немного и русские, как перед этим и другие недочеловеки, побегут, бросая оружие и тысячами сдаваясь в плен.

Только вперед – дранг нах остен!

Немецкая армия, заполняя белорусские дороги сожженной неожиданными ударами с земли и с воздуха техникой, победоносно рвалась на восток.